Братск в 1937 году

Братск в 1937 году 12+

Отдел  литературы по краеведению Центральной городской библиотеки имени      И. Черемных завершает цикл статей «Братск в 1937 году», посвященных 80-летию создания Иркутской области, работой братского журналиста Степанова Виктора Тимофеевича.

ГОД 1937-й

                                                                                     В. Степанов

Этот год в истории нашей страны особый. Год, когда словно боль­шой асфальтовый каток прошел­ся по человеческим судьбам. Сви­детельство тому - архивные доку­менты, датированные именно этим суровым годом - годом боль­ших репрессий.

За пожелтевшими от времени страница­ми протоколов заседаний районного ис­полнительного комитета - жизнь тысяч людей, попавших в жернова переходно­го периода. Судя по протоколу заседаний РИКа № 25 от 4 августа, первый вопрос повестки был довольно серьезный - утверждение уполномо­ченных по селам по реализации и сбору обо­ронного займа. Как видно из документа, под­писка на этот займ была вовсе не доброволь­ной, а обязательной. До каждого сельсовета был доведен твердый план по поступлению средств, им вменялось довести «подписку на займ до каждого колхозника и единоличника» (в двойном размере), а председатели Подъеланского, Н.-Шаманского и Н.-Суворовского сельских Советов, сорвавших задание по сбо­ру средств от займа, от должности были осво­бождены, органам НКВД предложено с ними «разобраться».

Какие меры к ним были приняты, об этом ар­хивные материалы умалчивают. По всей види­мости, они были отданы под суд.

Весьма любопытен и другой документ - по­становление заседания президиума РИКа от 30 сентября, рассмотревшего один-единственный вопрос - о ходе проведения самообложения населения района. Накануне 11 сентября, чи­таем в преамбуле документа, Совнарком СССР принял постановление о порядке проведения самообложения сельского населения. 15 сен­тября директиву «сверху» продублировали рай­ком партии и райисполком, приняв свое поста­новление. Однако, судя по документу, «работа по проведению самообложения проходит не­удовлетворительно. Сельсоветы до сих пор не развернули среди населения массовую разъяс­нительную работу». К ним были отнесены Б.-Мамырский, Б.-Кадинский, Падунский и ряд других сельсоветов.

В принятом решении РИК обязал сельские Советы организовать проведение общих собра­ний в селах, колхозах и бригадах для принятия решений о самообложении каждого жителя. Также были установлены и сроки уплаты нало­га: первую часть необходимо было уплатить до 15 октября, вторую - до 1 декабря 1937 года. Из собранных средств с населения райфо по­ручено перечислить в районный бюджет на школьное строительство 50 тыс. руб. Кроме образования, собранные средства от самооб­ложения граждан должны были пойти на куль­турные мероприятия. Из приложения к поста­новлению РИКа узнаем, что в селе Братск, на­пример, эти деньги должны пойти на построй­ку тротуаров, в д. Пьяново - на строительство красного уголка, в д. Монастырь - на ремонт колхозного клуба, в Черемше - на ремонт до­роги, в Святино - детские ясли, в Кежме - на строительство школы-интерната на 40 человек, в Пашено - на заготовку леса для школы. Куда и на что ушли собранные деньги в порядке са­мообложения, узнать в архивных документах не удалось, хотя «школьная тема» кочевала с од­ного заседания РИКа до следующего.

Надо отдать должное райисполкому, что его члены возвращались к ранее принятым реше­ниям. Так, 15 июля 1937 года РИК на своем заседании рассмотрел вопрос о молокопостав­ках. Через два месяца вновь вернулся к этой теме. И что же выяснилось в ходе заседания? А то, что «вопросами выполнения молокопос­тавок РПС совершенно не занимается, эта важ­нейшая работа поставлена на самотек. Прав­ление РПС взвалил всю работу на вновь при­нятого директора РЗК, выдвиженца Московс­ких, который при всем его желании без помо­щи правления с ней справиться не может». Какой же вывод последовал? «Предупредить правление, что если в течение декады полного перелома в выполнении плана молокопоставок не произойдет, то последнее будет привлече­но к ответственности». Одновременно было отмечено, что, согласно прежнему решению РИКа, не были открыты сливочные отделения и маслозаводы, работники сельпо для приема масла в населенные пункты не выезжают, (Мо­лочный магазин в с. Братск не открыт, а посе­му органам предложено привлечь работников сельпо за обвешивание молокосдатчиков и за то, что они вовремя с ними не рассчитываются за молоко.

Кроме этого, решение РИКа обязало колхо­зы и единоличников «коренным образом» улуч­шить содержание и кормление скота на фер­мах, тем самым обеспечить повышение про­дуктивности стада й быстрейшее выполнение плана молокопоставок.

Для наглядности, как в этом плане обеспе­чить выполнение своего решения, райиспол­ком рассмотрел вопрос о состоянии дел в кол­хозе «Красный хлебороб» из с. Красный Яр. В резолюции, принятой по этому поводу, чита­ем: «За развал трудовой дисциплины, за вре­дительское отношение к колхозному имуществу на ферме, за очковтирательство и саботаж в проведении политкампаний, отказ выполнять решения вышестоящих органов председателя колхоза М. Тяжева привлечь к судебной ответственности. Весь материал передать органам НКВД для более точного выяснения вредительства в этом колхозе».

Вслед за Тяжевым (пункт № 30 решения РИКа) одним росчерком пера, вернее, небольшой записью в протоколе была решена судьба и бригадира И. Анучина из колхоза «Ударник» (с. Долоново). Он был единогласно снят с должности «за разложение трудовой дисциплины, за запутывание трудодней у колхозников, за уравниловку и бесконтрольность по вспашке паров...». Материалы были переданы милиции на предмет привлечения Анучина к ответственности в судебном порядке».

Точно такая же участь постигла и директора МТС колхоза «Труженик» с. Шаманово И. Неделина. Его «за формальное отношение к распределению урожая, что послужило к запутыванию дела, и недовольство со стороны колхозников» также сняли с работы, а материалы направили в НКВД.

Напомню, 1937-й год близился к завершению и сотрудникам НКВД работы хватало. Система сбоев не давала, о чем свидетельствуют архивные документы того времени.    

                                                       Степанов, В. Год 1937-й // Знамя. – 2006. – 28 апр. - С. 4.

 О журналисте

Виктор Тимофеевич Степанов более 40 лет работал журналистом в газете «Знамя», известен братчанам по многочисленным репортажам и статьям на социально-правовые темы. Свою первую заметку написал  еще в школе, учась в 9 классе. С 1972 года по 2015 год вся трудовая деятельность связана с  газетой  «Красное знамя». В газете Виктор Тимофеевич начал работать с письмами читателей, печатал свои материалы под рубрикой «Письмо позвало в дорогу», проводил журналистские расследования.

О себе Виктор Степанов говорит: "Было, конечно, много предложений возглавить другие коллективы, уехать в другой город, на повышение уйти и прочее. Но, вот, я - братчанин, я - патриот города, я сказал, что моя редакция "Знамя" была первой и единственной. У меня и запись в трудовой книжке одна единственная".

Виктор Тимофеевич – член Братского городского отделения Союза журналистов  России.

В  2009 году в рамках фестиваля  «Байкальская пресса-2009»  Виктору Тимофеевичу присуждено звание «Лучший журналист районных СМИ Иркутской области». В 2014 году поощрен Благодарственным письмом администрацией города Братска за добросовестный труд, высокий профессионализм.